Пять маркеров из десяти. Ровно столько оказалось выше у молодых здоровых людей, которые регулярно пьют много, чем у тех, кто пьёт мало. Ничего не болит, а кровь уже другая. И одна умеренная доза сдвигает ещё один маркер буквально за пару часов.

Почему это вообще новость. Что алкоголь связан с хроническими болезнями даже в небольших объёмах, известно давно. Но механику выводили в основном из опытов на животных и наблюдений за людьми. Контролируемых экспериментов, где людям дают выпить и смотрят, что меняется в крови, почти не было.

Что сделали

Исследователи взяли 32 здоровых взрослых: средний возраст 25 лет, 21 женщина и 11 мужчин. 15 из них пили мало, 17 много.

Это РКИ (рандомизированное контролируемое исследование) с плацебо. Напиток давали в трёх вариантах:

  • плацебо, без алкоголя;
  • низкая доза, 0,35 г алкоголя на килограмм веса;
  • умеренная доза, 0,60 г/кг.

Для человека весом 70 кг это около 25 и 42 граммов чистого спирта.

Кровь брали до напитка, а потом каждый час в течение 4 часов. В плазме смотрели 10 биомаркеров, связанных с хроническими болезнями. Среди них С-реактивный белок (hsCRP, классический маркер воспаления), белки, завязанные на сосуды и обмен веществ, и ферменты, которые перестраивают ткани.

Так удалось развести три вещи, которые обычно смешиваются: дозу, время после напитка и то, сколько человек пьёт в обычной жизни.

Что нашли

  • Пьющие много. У них уже на старте выше пять маркеров: адипонектин, ангиогенин, ICAM-1, LCN2 и sRAGE. Авторы читают такой профиль как изменённую работу сосудов и обмена веществ. У 25-летних, у которых ничего не болит. Но пить много этих участников никто не назначал, так что здесь видна связь, а не причина.
  • Умеренная доза. 0,60 г/кг подняла sRAGE. Авторы связывают этот белок с ответом организма на воспаление и окислительный стресс и допускают, что это компенсаторная реакция: организм пытается погасить то, что запустил алкоголь.
  • Низкая доза. hsCRP оказался НИЖЕ, чем на плацебо. Тянет прочитать это как «малая доза снимает воспаление», но авторы сами просят делать поправку на то, как устроен этот белок. Из ровно таких цифр потом и вырастают заголовки про полезный бокал вина.
  • Время суток. MMP-7, MMP-9 и LCN2 гуляли в течение 4 часов у всех, в том числе на плацебо. Это суточный ритм и реакция на еду, алкоголь ни при чём.

Последний пункт мне кажется самым недооценённым. Убери группу плацебо, и эти колебания легко списать на выпивку. Получишь три «эффекта алкоголя», которых нет.

Что это значит

Слоёв два. Первый - фон, который накапливается у тех, кто пьёт много, и он заметен уже в 25 лет. Второй - острая реакция на конкретный вечер, и она зависит от дозы: на 0,35 г/кг sRAGE не сдвинулся, на 0,60 вырос. Похожее находили и в эксперименте с одним-двумя напитками в день: там у женщин поменялись уровни 46 веществ в крови.

Оговорка одна, но серьёзная. 32 человека и 4 часа дают снимок острой реакции, не больше. Про болезни через десять лет из него ничего не вытащить. Авторы и не пытаются: пишут про «изменения, имеющие отношение к хроническим болезням», без прогноза.

Зато граница по дозе вполне практичная. Между 0,35 и 0,60 г/кг в реальном вечере примерно пара бокалов, и добрать их можно, не заметив. AlcoBalance показывает, где ты на кривой прямо сейчас и куда качнёшься, если выпьешь ещё. Дальше решаешь сам, пока вечер ещё в твоих руках.

И фильтр для новостей в духе «алкоголь меняет кровь»: первым делом смотри, было ли плацебо. Часть того, что меняется после бокала, меняется и после стакана воды. Просто прошло два часа, и ты поел.

Источник: Alcohol, Clinical & Experimental Research, DOI